Читаем без скачивания Глубина [сборник] - Сергей Лукьяненко

— Кинга, впрочем, я тоже люблю, — сообщаю я, поднимая его пистолет.

Вот и все. Был у меня пистолет и восемь патронов, стало два пистолета и четырнадцать патронов.

Перекидываю тело через бортик дрезины, под насыпь, на груду таких же тел. Это я там должен был оказаться, по плану Алекса.

— Я в «Дизматч» играл, когда ты еще до клавиатуры не дотягивался, — беззлобно говорю я вслед. Тело истлеет быстро, часов за шесть. Так уж устроено. Иначе все пространство «Лабиринта» было бы завалено костями.

Вокзал приближается. Смотрю на него, пытаясь понять, какие изменения произошли с прошлого раза. Кажется, не было вон той башенки в правом крыле.

Дрезина проезжает мимо застывшего поезда, новенького и чистого, с сидящими у окошек людьми. Тела людей покрыты сероватым налетом. Это поезд беженцев, который пришельцы сожгли при попытке покинуть Сумеречный Город. Смотрю на чинно рассевшихся вдоль окошек беженцев. Да. Ламеры вы, дорогие создатели «Лабиринта». Не знаете, что такое настоящая эвакуация и настоящие беженцы.

Перепрыгиваю через бортик, скатываюсь под насыпь. До вокзала пусть доезжают самоуверенные новички. Я лучше ножками… потихоньку.

Так оно надежнее будет.

01

Первый этап простой по определению. Он должен быть таким, чтобы новички втянулись в игру, поверили в свои силы… чтобы пришли еще и еще раз. Я подхожу к вокзалу со стороны левого крыла, быстро проверяю ряд памятных тайников — в канализационном люке, в трансформаторной будке и в кабине перевернутого, валяющегося поперек путей локомотива. В канализации — пусто, в трансформаторной будке нахожу две обоймы, в локомотиве — завернутый в прозрачную пленку сандвич. Ни людей, ни монстров пока нет, и это настораживает.

Приближаюсь к одному из боковых входов в здание. Секунду стою перед выбитой дверью, потом резко бросаюсь в нее.

Ага.

На меня кидаются два мутанта — мелких человекообразных демона. Они обросли какой-то зеленой мшистой гадостью, в узловатых гипертрофированных лапах — винтовки. На лице одного сохранились строгие, «профессорские» очки.

Расстреливаю мутантов в упор, они даже не успевают открыть огонь. Меняю обоймы, подхожу к телам. Их винтовки разбиты пулями. Жаль. С пистолетом далеко не уйдешь.

Иду по вокзалу. Вереница пустых, загаженных залов, лужи крови, стены, исписанные какими-то отчаянными призывами и проклятиями… Брестская крепость, а не вокзал. По легенде игры, здесь была последняя схватка полиции города и захватчиков-пришельцев. Я знаю, что где-то в подвалах можно найти умирающего сержанта, который поведает жуткие истории нашествия и подарит перед смертью свою винтовку. Но искать эту душещипательную, вечно умирающую программу лень. Я последовательно проверяю еще ряд тайников, нахожу кастет, который немедленно надеваю на левую руку, пару ручных гранат и, наконец-то, двуствольный штуцер.

Пару раз вижу вдалеке человеческие фигуры, но они охоты не начинают, и я тоже оставляю их в покое. Мало времени. Иду к выходу на привокзальную площадь. Там, на столике, за которым лежит окровавленный женский труп… всегда он здесь лежит… тихо работает компьютер. На экране — меню игры. Записываюсь, на предложение выйти из игры отвечаю отказом. Дальше. На второй этап.

С винтовкой в руках выбегаю с вокзала, крадусь к дороге, пригибаясь и прячась за деревьями. И не зря. В меня стреляют откуда-то с верхних этажей. Промахиваются.

Наверное, человек. Монстры тупые, зато меткие.

Привокзальная площадь полна слегка пыльными, но исправными автомобилями. Их хозяева сели в тот самый поезд… Прячусь за громоздким помятым «фордом», жду.

Я всегда здесь жду…

Минут через пять из вокзала выскакивает человек. Быстрыми перебежками приближается к машинам.

Встаю, навожу на него винтовку. Человек замирает. Он был не готов к этой засаде, уже на самом конце этапа…

— Садись! — киваю стволом на «форд». Игрок, похоже, меня не понимает. Лица из-под маски не видно, да и не скажет ничего о национальности игрока нарисованное лицо. Но похоже, он не русский.

— Садись в машину и веди!

Понял. Подключилась программа-переводчик. Медленно приближается, открывает дверь, садится за руль.

— Эй! — Голос едва слышен. Оборачиваюсь, не выпуская пленника из виду. В пробоине купола стоит немного знакомая фигура. Алекс. Ишь ты, догнал. Вошел повторно и догнал. Видимо, он и палил в спину… — Я тебя сделаю! Слышишь? Не будет тебе покоя! Сделаю!

Недвусмысленный жест вынуждает его открыть беглый огонь. Но патронов у него мало, а расстояние велико. Отбросив винтовку, он пытается прицелиться в меня из пистолета, и тут за его спиной возникает багровая тень. Надо же, огненные душители уже на первом уровне попадаются. Светящиеся лапы хватают Алекса за горло, и тот падает на колени, трепыхается, палит себе через плечо. Дожидаться конца схватки лениво.

Сажусь в машину. Мой пленник, послушно дождавшийся конца разговора, трогает. Он ведет машину медленно, оглядываясь, явно ожидая выстрела в затылок.

Трасса оживленная. Два раза нас пытаются догнать и таранить огромные трейлеры. Опускаю стекло и расстреливаю их из винтовки, целясь в шины и лобовое стекло. Это пока мелочи, монстры, порождения «Лабиринта». Не их надо бояться.

Мужчина вначале вздрагивает при выстрелах, потом привыкает.

На авторазвязке нас ждут настоящие враги. Три машины перегораживают дорогу, за ними прячутся вооруженные люди. Один стоит открыто, в небрежной, уверенной позе. В руках у него гранатомет.

Блин. Слышал я, что где-то на вокзале есть тяжелое вооружение, да так и не удосужился проверить…

— Что делать? — спрашивает мой пленник.

Надо быть идиотом, чтобы попытаться справиться с такой бандой. Проще сдаться и пожертвовать частью снаряжений, в надежде, что потом тебя отпустят.

— Медленно снижай скорость. После третьего моего выстрела — останавливайся.

Он молча кивает.

Бандит с гранатометом насмешливо смотрит на нас. Ожидает.

Глубина-глубина, я не твой… отпусти меня, глубина…

Я посмотрел на изображение, привыкая к картинке. Бандит… машины… затылок моего шофера. Крестик прицела посередине экрана.

Нечестный я человек.

Я протянул руку, коснулся мышки, провел ею по коврику. Крестик заскользил по экрану.

Поехали.

Я открыл огонь, стреляя левой клавишей мышки, а правой перезаряжая винтовку. Бандит с гранатометом так ничего и не понял. Яркие желтые гильзы мелькали через весь экран, наушники грохотали. Уложив тех троих, что высунулись, я перенес огонь на машины. В виртуальности попасть в бензобак не легче, чем в реальной жизни. А вот когда расстреливаешь нарисованные силуэты — это занятие для ребенка.

deep

Ввод.

Дьявол, ведь предупреждал же — остановиться!

— Тормози! — кричу водителю.

Тот останавливается перед полыхающими машинами. Поворачивается. В глазах, даже сквозь темные стекла маски, ужас и восхищение.

— Как вы смогли?

— Выходи.

Он явно ожидает еще одного выстрела, но я недвусмысленно показываю ему на тела — застреленных мной и убитых при взрыве машин. Собирай оружие… Стрелять в меня он теперь не решится. Та скорость, и меткость стрельбы, которую я продемонстрировал, практически недостижима для простого игрока. Только для дайвера… и старого думера, привыкшего пользоваться мышкой.

Думеры всегда делились на клавишников и мышатников. Вечный спор, кто из них круче, так и не был решен — пришла виртуальность.

Теперь я ставлю точку над «i».

Один из бандитов еще жив. Он матерится — так красочно и затейливо, что его национальная принадлежность сомнений не вызывает. Лицо игрока залито кровью, одна рука полуоторвана, другой он безуспешно тянется к аптечке. У игрока осталось процентов пять жизни, но аптечка бы его спасла…

Подхожу. Он замечает меня, дергается, и кричит:

— Кто? Кто ты, сволочь?

И еще одна многоэтажная фраза.

— Стрелок, — отвечаю я, приставляя дуло винтовки ко лбу матерщинника. Не люблю, когда так ругаются. В конце концов, в моем теле могла быть и девушка или ребенок.

Трофеи приходится собирать минут пять. Теперь обмундирован по высшему разряду. Пистолеты, винтовка с оптическим прицелом, штуцер, гранатомет, аптечки, гранаты, бронежилет. Мой пленник тоже неплохо экипировался — вот только гранатомета для него не нашлось.

В реальности такую груду железа не утащить. Но здесь все мы немножко Рэмбо.

— Поехали, — бросаю я пленнику, садясь в машину. Он понимает без перевода. Мы едем по трассе, я не удерживаюсь и расстреливаю еще один трейлер из гранатомета. Разумеется, выйдя вначале из машины… У создателей «Лабиринта» было хорошее чувство юмора, и наблюдать собственные кишки на потолке автомобиля у меня желания нет.